History of Soviet cosmonautics.

[Frimen1917]

Встреча экипажа Гречко - Романенко в Звёздном городке после возвращения из космоса. На фото автограф космонавта Юрия Романенко.
The Grechko-Romanenko crew is welcomed back to Star City after returning from space. Pictured is cosmonaut Yuri Romanenko's autograph.
La tripulación Grechko-Romanenko es recibida en Ciudad de las Estrellas tras su regreso del espacio. En la imagen se ve el autógrafo del cosmonauta Yuri Romanenko.

 

[Frimen1917]

Марки посвященные полету космического корабля "Союз-26" на станцию "Салют-6" (летчики-космонавты: Ю. В. Романенко, Г. М. Гречко). Somaliland 2011.
Stamps commemorating the Soyuz-26 spacecraft's flight to the Salyut-6 space station (pilot-cosmonauts: Yu. V. Romanenko, G. M. Grechko). Somaliland 2011.
Sellos que conmemoran el vuelo de la nave espacial Soyuz-26 a la estación espacial Salyut-6 (cosmonautas piloto: Yu. V. Romanenko, G. M. Grechko). Somalilandia, 2011.

 

[Frimen1917]

На изображении представлена почтовая марка Чехословакии 1979 года, посвященная программе «Интеркосмос».

Космонавты: На марке изображены Юрий Романенко и Георгий Гречко.

Событие: Марка посвящена полету космического корабля «Союз-26» к орбитальной станции «Салют-6», проходившему с 10 декабря 1977 года по 16 марта 1978 года.

Характеристики: Номинал марки составляет 1,60 чехословацкой кроны.

Художник: Автором рисунка является В. Коваржик (V. Kovářík)

The image shows a 1979 Czechoslovak postage stamp dedicated to the Intercosmos program.

Cosmonauts: The stamp depicts Yuri Romanenko and Georgy Grechko.

Event: The stamp commemorates the flight of the Soyuz-26 spacecraft to the Salyut-6 orbital station, which took place from December 10, 1977, to March 16, 1978.

Details: The stamp's face value is 1.60 Czechoslovak crowns.

Artist: The artist is V. Kovářík.

La imagen muestra un sello postal checoslovaco de 1979 dedicado al programa Intercosmos.

Cosmonautas: El sello representa a Yuri Romanenko y Georgy Grechko.

Evento: El sello conmemora el vuelo de la nave espacial Soyuz-26 a la estación orbital Salyut-6, que tuvo lugar del 10 de diciembre de 1977 al 16 de marzo de 1978.

Detalles: El valor facial del sello es de 1,60 coronas checoslovacas.

Artista: El artista es V. Kovářík.

 

[Frimen1917]

Космонавт Юрий Романенко в скафандре "Орлан-Д" перед выходом в открытый космос 20 декабря 1977 года.
Cosmonaut Yuri Romanenko in his Orlan-D spacesuit before his spacewalk on December 20, 1977.
El cosmonauta Yuri Romanenko con su traje espacial Orlan-D antes de su caminata espacial el 20 de diciembre de 1977.

 

[Frimen1917]

Алексей Губарев и Владимир Ремек — советский и чехословацкий космонавты, совершившие исторический полет 2–10 марта 1978 года на корабле «Союз-28». Это был первый в мире международный экипаж по программе «Интеркосмос», в ходе которого Ремек стал первым космонавтом, не являющимся гражданином СССР или США.
Алексей Губарев (1931–2015): Советский космонавт, дважды Герой Советского Союза, командир экипажа.
Владимир Ремек (род. 1948): Первый космонавт Чехословакии, бортінженер.
Миссия: Полет на орбитальную станцию «Салют-6», длительность составила 7 суток 22 часа.
Они совершили стыковку со станцией, где работали вместе с основным экипажем — Юрием Романенко и Георгием Гречко.
Alexey Gubarev and Vladimir Remek were Soviet and Czechoslovakian cosmonauts who made a historic flight from March 2–10, 1978, aboard the Soyuz 28 spacecraft. They were the world's first international crew under the Intercosmos program, and Remek became the first cosmonaut not a citizen of the USSR or the United States.
Alexey Gubarev (1931–2015): Soviet cosmonaut, twice Hero of the Soviet Union, crew commander.
Vladimir Remek (born 1948): Czechoslovakia's first cosmonaut, flight engineer.
Mission: Flight to the Salyut 6 orbital station, duration: 7 days, 22 hours.
They docked with the station, where they worked alongside the prime crew—Yuri Romanenko and Georgy Grechko.
Alexey Gubarev y Vladimir Remek fueron cosmonautas soviéticos y checoslovacos que realizaron un vuelo histórico del 2 al 10 de marzo de 1978 a bordo de la nave espacial Soyuz 28. Fueron la primera tripulación internacional del mundo en el marco del programa Intercosmos, y Remek se convirtió en el primer cosmonauta que no era ciudadano de la URSS ni de Estados Unidos.
Alexey Gubarev (1931-2015): Cosmonauta soviético, dos veces Héroe de la Unión Soviética, comandante de la tripulación.
Vladimir Remek (nacido en 1948): Primer cosmonauta checoslovaco, ingeniero de vuelo.
Misión: Vuelo a la estación orbital Salyut 6, duración: 7 días y 22 horas.
Se acoplaron a la estación, donde trabajaron junto a la tripulación principal: Yuri Romanenko y Georgy Grechko.

 

[Frimen1917]

Космонавт В. Ремек на вестибулярной тренировке.
Cosmonaut V. Remek during vestibular training.
El cosmonauta V. Remek durante el entrenamiento vestibular.

 

[Frimen1917]

Что вы испытали в тот день, 12 апреля 1961-го?
Космонавт Владимир Ремек :– Я до сих пор помню тот день. Мне было 13 лет, я учился тогда в седьмом классе. И нам в школе по радио объявили о том, что первый человек был запущен в космос и вернулся на Землю! Конечно, это было событие в то время – мы сразу же принялись обсуждать эту новость, учёба прервалась... Я с огромным восторгом ожидал, что вот сейчас хотя бы на секунду мир остановится, хотя, конечно, этого не произошло. Но я вернулся из школы домой и как раз вышел внеочередной номер газеты, и там был портрет, не Гагарина, а некоего абстрактного лётчика, в шлеме. Там было написано и о значении полёта в космос, и об успехе. Тогда я интересовался космосом, посещал кружок астрономии, мы много говорили о том, как это будет, но всё же это было неожиданно. Конечно, гагаринский полет повлиял на меня. Тогда многие хотели стать космонавтами.

Гагарин был из лётчиков, и мой отец тоже, американские астронавты отбирались из лётчиков, и – поэтому решение было принято закономерно. Я поступил в лётное училище, затем попал в Монинскую академию, сразу после которой СССР предложил участие в пилотируемой программе «Интеркосмос». Я был хорошо подготовлен, и меня включили в отбор по этой программе, так что моё юношеское решение оказалось удачным. В 13 лет я не задумывался, что летают космонавты лишь из Советского Союза или США. А когда я стал взрослее, я понял, что моя вероятность попадания в космонавты мала. Но мне уже тогда казалось, и в общем-то жизнь это подтвердила, что космонавтика должны быть международной, основана на сотрудничестве. Предложение СССР было закономерно, потому что до нашего полёта был и ряд совместных космических программ. На фотографии космонавт Владимир Ремек(2023).Фото: Petr Voldán (Чешское радио).
What did you feel on that day, April 12, 1961?
Cosmonaut Vladimír Remek:
—I still remember that day. I was 13 years old and studying in the seventh grade. At school they announced over the radio that the first human had been launched into space and had returned to Earth! Of course, at that time it was an extraordinary event — we immediately began discussing the news, and the lessons were interrupted…
With great excitement I expected that at least for a second the whole world would stop, although of course that did not happen. When I returned home from school, a special issue of a newspaper had just been published. There was a portrait there — not of Yuri Gagarin, but of some abstract pilot wearing a helmet. The article spoke about the importance of the space flight and the success of the mission.
At that time I was interested in space; I attended an astronomy club and we often talked about how it would someday happen. Nevertheless, it was unexpected. Of course, Gagarin’s flight had an influence on me. At that time many people wanted to become cosmonauts.
Gagarin was a pilot, and my father was also a pilot. American astronauts were selected from pilots as well — therefore my decision was quite natural. I entered a flight school and later the Monino Air Force Academy. Immediately after graduating, the USSR offered participation in the crewed Intercosmos program program.
I was well prepared and was included in the selection process for that program, so my youthful decision turned out to be the right one. At the age of 13 I did not think about the fact that cosmonauts flew only from the Soviet Union or the United States. When I grew older, I realized that my chances of becoming a cosmonaut were small.
But even then it seemed to me — and life later confirmed it — that space exploration should be international and based on cooperation. The proposal from the USSR was natural, because before our flight there had already been a number of joint space programs.
In the photograph: cosmonaut Vladimír Remek (2023).
Photo: Petr Voldán, Czech Radio.
¿Qué sintió usted aquel día, el 12 de abril de 1961?
El cosmonauta Vladimír Remek:
—Aún recuerdo ese día. Tenía 13 años y estudiaba en séptimo grado. En la escuela anunciaron por la radio que el primer ser humano había sido lanzado al espacio y había regresado a la Tierra. Por supuesto, en aquel momento fue un acontecimiento enorme: inmediatamente comenzamos a discutir la noticia y las clases se interrumpieron…
Con gran entusiasmo esperaba que al menos por un segundo el mundo se detuviera, aunque, por supuesto, eso no ocurrió. Cuando regresé de la escuela a casa, acababa de salir una edición extraordinaria del periódico. Allí aparecía un retrato —no de Yuri Gagarin, sino de un piloto abstracto con casco. El artículo hablaba del significado del vuelo espacial y del éxito alcanzado.
En aquella época yo ya me interesaba por el cosmos, asistía a un club de astronomía y hablábamos mucho sobre cómo sería algún día. Sin embargo, fue inesperado. Por supuesto, el vuelo de Gagarin me influyó. En aquel tiempo muchos querían convertirse en cosmonautas.
Gagarin era piloto, y mi padre también lo era. Los astronautas estadounidenses también eran seleccionados entre pilotos, por lo que mi decisión fue bastante lógica. Ingresé en una escuela de aviación y luego en la Academia de la Fuerza Aérea de Monino. Inmediatamente después de graduarme, la URSS ofreció participar en el programa tripulado Intercosmos program.
Estaba bien preparado y fui incluido en la selección de ese programa, por lo que mi decisión juvenil resultó acertada. A los 13 años no pensaba en que los cosmonautas volaban solamente desde la Unión Soviética o desde Estados Unidos. Cuando me hice mayor comprendí que mis posibilidades de convertirme en cosmonauta eran pequeñas.
Pero incluso entonces me parecía —y la vida lo confirmó— que la cosmonáutica debía ser internacional y basada en la cooperación. La propuesta de la URSS fue lógica, porque antes de nuestro vuelo ya existían varios programas espaciales conjuntos.
En la fotografía: el cosmonauta Vladimír Remek (2023).
Foto: Petr Voldán, Radio Checa.

 

[Frimen1917]

Подготовка международного экипажа «Союз-28» в Центре космонавтов имени Ю. А. Гагарина в Звёздном городке СССР. Слева: командир космического корабля Алексей Губарев, справа: чехословацкий космонавт Владимир Ремек. | Фото: ČTK
Preparation of the international crew «Soyuz-28» at the Cosmonaut Center named Yu. A. Gagarin in the star town of the USSR. Left: spacecraft commander Aleksey Gubarev, right: Czechoslovak cosmonaut Vladimir Remek. | Photo: CTK
La tripulación internacional de la Soyuz-28 recibe entrenamiento en el Centro de Cosmonautas Yuri Gagarin en la Ciudad de las Estrellas, URSS. Izquierda: el comandante de la nave espacial Alexei Gubarev; derecha: el cosmonauta checoslovaco Vladimír Remek. Foto: ČTK

 

[Frimen1917]

Космодром Байконур. А. Губарев и В. Ремек перед стартом.
Baikonur Cosmodrome. A. Gubarev and V. Remek before launch.
Cosmódromo de Baikonur. A. Gubarev y V. Remek antes del lanzamiento.

 

[Frimen1917]

Книга "Сбывшиеся надежды"
Авторы: Владимир Ремек. Алексей Александрович Губарев
Полёт космического корабля «Союз-28» с экипажем А. Губарева и В. Ремека, состоявшийся в начале марта 1978 года, стал важной вехой в освоении человеком космического пространства. Впервые в истории граждане двух государств сидели вместе в кабине космического корабля, готовясь к запуску в космос. В книге мы снова встречаемся с обоими участниками этого восхитительного космического путешествия. Они рассказывают о своём детстве, годах в школе и академии, об интенсивной подготовке в Звёздном городке и о собственном полёте. Их мечта стать космонавтом сбылась. Литературная адаптация Бориса Алексеевича Бобылева, перевод Либора Дворжака.Издательство «Панорама».1979. На чешском языке.
Book: Fulfilled Hopes
Authors: Vladimír Remek and Aleksei Alexandrovich Gubarev
The flight of the spacecraft Soyuz 28 with the crew of A. Gubarev and V. Remek, which took place in early March 1978, became an important milestone in humanity’s exploration of outer space. For the first time in history, citizens of two different countries sat together in the cabin of a spacecraft preparing for launch into space.
In this book we once again meet the two participants of this remarkable space journey. They рассказывают about their childhood, their school and academy years, the intensive training in Star City, and their own spaceflight.
Their dream of becoming cosmonauts came true.
Literary adaptation by Boris Alekseevich Bobylev. Translation by Libor Dvořák.
Publishing house Panorama, 1979.
In Czech.
Libro: Esperanzas cumplidas
Autores: Vladimír Remek y Aleksei Alexandrovich Gubarev
El vuelo de la nave espacial Soyuz 28 con la tripulación de A. Gubarev y V. Remek, realizado a comienzos de marzo de 1978, se convirtió en un hito importante en la exploración del espacio por la humanidad. Por primera vez en la historia, ciudadanos de dos países se sentaron juntos en la cabina de una nave espacial preparándose para el lanzamiento al espacio.
En este libro volvemos a encontrarnos con los dos participantes de este extraordinario viaje espacial. Ellos hablan de su infancia, de sus años de escuela y academia, de la intensa preparación en Star City y de su propio vuelo espacial.
Su sueño de convertirse en cosmonautas se hizo realidad.
Adaptación literaria de Boris Alekseevich Bobylev. Traducción de Libor Dvořák.
Editorial Panorama, 1979.
En lengua checa.

 

[Frimen1917]

Советский Союз, 1978 год, почтовая марка CPA 4808 (советско-чехословацкий космический полет. Ракета «Союз-28», советский космонавт Губарев и чехословацкий космонавт Ремек на стартовой площадке.​

The Soviet Union 1978 CPA 4808 stamp (Soviet-Czechoslovak Space Flight. Soyuz 28 Rocket, Soviet Cosmonaut Gubarev and Czechoslovak Remek on launch pad.​

Unión Soviética, 1978, sello postal CPA 4808 (Vuelo espacial soviético-checoslovaco. Cohete Soyuz-28, cosmonauta soviético Gubarev y cosmonauta checoslovaco Remek en la plataforma de lanzamiento.

 

[Frimen1917]

Значок "5 лет со дня полета международного экипажа. 1978 - 1983". СССР - ЧССР.
Badge "5 years since the flight of the international crew. 1978 - 1983". USSR - Czechoslovak Socialist Republic.
Insignia "5 años desde el vuelo de la tripulación internacional. 1978 - 1983". URSS - República Socialista Checoslovaca.

 

[Frimen1917]

Значок "Первый советско-чехословацкий экипаж в космосе. 2/III 1978 А. Губарев, В. Ремек 10/III 1978." 1978 г. Автор эскиза этого значка :художник Билль Викторович Бурдыкин.
Badge "The first Soviet-Czechoslovak crew in space. March 2, 1978. A. Gubarev, V. Remek March 10, 1978." 1978. Author of the sketch for this badge: artist Bill Viktorovich Burdykin.
Insignia: «La primera tripulación soviético-checoslovaca en el espacio. 2 de marzo de 1978. A. Gubarev, V. Remek, 10 de marzo de 1978». 1978. Autor del boceto para esta insignia: el artista Bill Viktorovich Burdykin.

 

[Frimen1917]

Короткометражный документальный фильм о международной космической экспедиции А. Губарева (СССР) и В. Ремека (ЧССР) на орбитальную станцию "Салют-6". На русском языке.
A short documentary about the international space expedition of A. Gubarev (USSR) and V. Remek (Czechoslovakia) to the Salyut-6 orbital station. In Russian.
Breve documental sobre la expedición espacial internacional de A. Gubarev (URSS) y V. Remek (Checoslovaquia) a la estación orbital Salyut-6. En ruso.

 

[Frimen1917]

Почтовая марка Чехословакии, выпущенная в 1983 году, посвященная 5-летию совместного космического полета СССР и ЧССР (1978–1983) в рамках программы «Интеркосмос».

• Изображенные лица: Алексей Губарев и первый чехословацкий космонавт Владимир Ремек.
• Номинал: 10 чехословацких крон (Kčs).
• Спецгашение: Марка имеет штемпель первого дня (или памятный штемпель) Праги от 12 апреля 1983 года.
• Характеристика: Является филателистическим коллекционным предметом, посвященным истории освоения космоса.
• Перевод текста на марке
  
  • Československo: Чехословакия
  • INTERKOSMOS: Интеркосмос
  • SPOLEČNÝ LET SSSR – ČSSR: Совместный полет СССР – ЧССР
  • 1978 – 1983: 1978 – 1983
  • A. GUBAREV – V. REMEK: А. Губарев – В. Ремек
  • Páté výročí společného letu SSSR-ČSSR: Пятая годовщина совместного полета СССР-ЧССР
  • 10 Kčs: 10 крон
  • PRAHA: Прага
  A Czechoslovak postage stamp issued in 1983 commemorating the 5th anniversary of the joint space flight of the USSR and the Czechoslovak Socialist Republic (1978–1983) as part of the Intercosmos program.
  
  Depicted: Alexei Gubarev and the first Czechoslovak cosmonaut, Vladimir Remek.
  Denomination: 10 Czechoslovak crowns (Kčs).
  Special cancellation: The stamp bears a first-day postmark (or commemorative cancellation) from Prague, dated April 12, 1983.
  Characteristics: A philatelic collectible dedicated to the history of space exploration.
  Translation of the stamp text
  Československo: Czechoslovakia
  INTERKOSMOS: Intercosmos
  SPOLEČNÝ LET SSSR – ČSSR: Joint flight of the USSR – Czechoslovak Socialist Republic
  1978–1983: 1978–1983
  A. GUBAREV – V. REMEK: A. Gubarev – V. Remek
  Páté výročí společného letu SSSR-ČSSR: Fifth anniversary of the joint flight of the USSR-Czechoslovak Socialist Republic
  10 Kčs: 10 CZK
  PRAHA: Prague
  
  Sello postal checoslovaco emitido en 1983 para conmemorar el quinto aniversario del vuelo espacial conjunto de la URSS y la República Socialista Checoslovaca (1978-1983), en el marco del programa Intercosmos.
  
  Representa a Alexei Gubarev y al primer cosmonauta checoslovaco, Vladimir Remek.
  
  Valor: 10 coronas checoslovacas (Kčs).
  Maticilla especial: El sello lleva un matasellos de primer día (o matasellos conmemorativo) de Praga, fechado el 12 de abril de 1983.
  Características: Un objeto filatélico de colección dedicado a la historia de la exploración espacial. Traducción del texto del sello.
  Československo: Checoslovaquia
  INTERKOSMOS: Intercosmos
  SPOLEČNÝ LET SSSR – ČSSR: Vuelo conjunto de la URSS – República Socialista Checoslovaca
  1978–1983: 1978–1983
  A. GUBAREV – V. REMEK: A. Gubarev – V. Remek
  Páté výročí společného letu SSSR-ČSSR: Quinto aniversario del vuelo conjunto de la URSS-República Socialista Checoslovaca
  10 coronas checas: 10 coronas checas
  PRAHA: Praga
  

 

[Frimen1917]

"Во многом именно Казанцев «виноват» в том, что я стал космонавтом, его «Пылающий остров», а особенно - его вторая редакция, где появилась женщина с корабля, конечно, звал вперед. А его рассказ, в который вплетены шахматы, привёл меня во Дворец пионеров, в шахматный кружок. Я даже на первенство Ленинграда играл. Так что, стремление к новому, неизведанному, стремление быть честным, верным, это все благодаря таким писателям, как Казанцев. В этом его значение. То, что мы потом встретились лично, не имеет большого значения. Я воспитывался на его произведениях и как космонавт, и как человек. Это и есть главное. Не будь его романов, его рассказов, я бы, наверное, вырос другим человеком. На его книгах я воспитывался...
...Он еще и композитор был шахматный! Это может показаться лишним. Вот Эйнштейн теорию относительности создал, и мог больше ничего не делать. Двадцать лет бился над общей теорией поля, но не получилось. Так и Казанцев, воспитывая людей на своих произведениях, казалось бы, от него ничего больше не требуется, а он еще вел активную жизнь. Он, наверное, еще многое сделал, чего я не знаю. Я согласен со Стругацким, что самый нужный сейчас обществу человек, это воспитатель....
...Я очень ему благодарен за его творчество, за его ум, его талант, потому что таких, как я, он воспитал если не миллионы, то уж тысячи, это точно".(Георгий Гречко. "Я встретился с Казанцевым в детстве ").
.........................................................
Цит.по: ГЕОРГИЙ ГРЕЧКО
Я ВСТРЕТИЛСЯ С КАЗАНЦЕВЫМ В ДЕТСТВЕ
Газета «Гудок», №3, 2002.
Фрагмент интервью корреспонденту газеты «Гудок» Любови Холодовой

“In many ways it was Alexander Kazantsev who was ‘responsible’ for the fact that I became a cosmonaut. His novel The Burning Island, and especially its second edition, where a woman from the spaceship appears, certainly called one forward. And his story in which chess is woven into the plot led me to the Palace of Pioneers, to a chess club. I even played in the Leningrad championship. So the desire for the new and the unknown, the desire to be honest and faithful — all this came thanks to writers such as Kazantsev. That is his significance.
The fact that we later met personally is not so important. I was brought up on his works both as a cosmonaut and as a human being. That is the main thing. If it were not for his novels and stories, I probably would have grown up to be a different person. I was raised on his books…
…He was also a composer of chess problems! That may seem unnecessary. For example, Albert Einstein created the theory of relativity and could have done nothing more. He struggled for twenty years with the unified field theory but did not succeed. The same with Kazantsev: while educating people through his works, it would seem that nothing more was required of him, yet he still led an active life. He probably did many other things that I do not even know about. I agree with Arkady Strugatsky that the person society needs most today is an educator.
…I am very grateful to him for his creativity, for his mind and his talent, because he brought up people like me — if not millions, then certainly thousands.”
(Georgy Grechko, “I Met Kazantsev in My Childhood”)
........................................................................................................
Citation:
Georgy Grechko — I Met Kazantsev in My Childhood
Newspaper Gudok, No. 3, 2002.
Fragment of an interview with journalist Lyubov Kholodova.

«En gran medida fue Alexander Kazantsev quien fue “culpable” de que yo me convirtiera en cosmonauta. Su novela The Burning Island, y especialmente su segunda edición, donde aparece una mujer de la nave espacial, realmente invitaba a avanzar. Y uno de sus relatos, en el que se entrelazan las partidas de ajedrez, me llevó al Palacio de los Pioneros, al club de ajedrez. Incluso participé en el campeonato de Leningrado. Así que el deseo de lo nuevo y lo desconocido, el deseo de ser honesto y fiel, todo esto se debe a escritores como Kazantsev. En esto radica su importancia.
El hecho de que después nos conociéramos personalmente no tiene mucha importancia. Yo me formé con sus obras tanto como cosmonauta como como persona. Eso es lo principal. Si no hubiera sido por sus novelas y relatos, probablemente habría crecido siendo una persona diferente. Me formé leyendo sus libros…
…¡También era compositor de problemas de ajedrez! Puede parecer algo superfluo. Por ejemplo, Albert Einstein creó la teoría de la relatividad y podría no haber hecho nada más. Durante veinte años trabajó en la teoría del campo unificado, pero no lo consiguió. Algo parecido ocurrió con Kazantsev: educando a la gente con sus obras, parecería que ya no se requería nada más de él, y sin embargo llevaba una vida activa. Probablemente hizo muchas otras cosas que yo ni siquiera conozco. Estoy de acuerdo con Arkady Strugatsky en que la persona más necesaria para la sociedad hoy es el educador.
…Estoy muy agradecido por su obra, por su inteligencia y su talento, porque educó a personas como yo: si no millones, al menos miles, eso es seguro».
(Georgy Grechko, «Me encontré con Kazantsev en mi infancia».
...................................................................................................................
Citado de:
Georgy Grechko — Me encontré con Kazantsev en mi infancia
Periódico Gudok, Nº 3, 2002.
Fragmento de una entrevista con la periodista Lyubov Kholodova.

 

[Frimen1917]

«Фаэ́ты» — фантастический роман Александра Казанцева, объединяющий несколько жанров, включая космическую оперу, роман-предупреждение и утопию. Написан в период с октября 1968-го по февраль 1971 года, печатался в периодических изданиях, отдельное издание последовало в 1974 году, впоследствии роман неоднократно переиздавался, переводился на ряд европейских языков. В предисловии к своему роману А. П. Казанцев утверждал, что изначальный замысел возник во время беседы с Нильсом Бором в конце 1961 года. Писатель поинтересовался мнением учёного о теории, что пояс астероидов — остатки разрушенного в ходе ядерной войны Фаэтона, на котором сдетонировали радиоактивные изотопы водорода, содержащиеся в Мировом Океане. Бор ответил, что не исключает такой возможности, но даже если это и не так, ядерное оружие должно быть запрещено. «Он сразу понял всё! Если планета погибла от взрыва океанов, то на ней была цивилизация, уничтожившая сама себя в результате ядерной войны». Трилогия публиковалась в литературном приложении к журналу «Вокруг света» — «Искатель» с рисунками Ю. Макарова. Отдельное книжное издание вышло в 1974 году в серии «Библиотека приключений и научной фантастики» также с иллюстрациями Ю. Макарова. В дальнейшем роман многократно переиздавался, включался в собрания сочинений А. Казанцева, был целиком переведён на литовский, чешский и грузинский языки, а первая часть в 1980-е годы была выпущена московским издательством «Радуга» на французском и английском языках. Выпуск немецкого перевода (его название отсылало к роману «На двух планетах») был приурочен к антиядерной кампании в ФРГ. А. Первушин утверждал, что роман «пользовался большой популярностью среди подростков позднего СССР». На острове Диксон возник клуб любителей фантастики «Фаэты», а в Пензе — «Фаэтон».

В начале 2000-х годов А. Казанцев вернулся к воспоминаниям о создании первой части «Фаэтов» в автобиографическом романе «Фантаст». По собственным словам, он работал над первой частью в Абрамцево «под сенью вековых деревьев…, правя главы о трагической любви космических Ромео и Джульетты, разделённых уже не родовой ненавистью Монтекки и Капулетти, а межконтинентальным конфликтом раздираемых „безумием разума“ обитателей обречённой Фаэны».
Текст романа "Фаэты" на английском языке: http://www.lib.ru/RUFANT/KAZANCEW/kazantsev_faety-engl.txt_with-big-pictures.html
Faetians is a science-fiction novel by Alexander Kazantsev that combines several genres, including space opera, a cautionary novel, and utopia. It was written between October 1968 and February 1971, first published in periodicals, and later released as a separate book in 1974. The novel was subsequently reprinted many times and translated into several European languages.
In the preface to the novel, Kazantsev stated that the original idea arose during a conversation with Niels Bohr at the end of 1961. The writer asked the scientist about the theory that the asteroid belt is the remains of the destroyed planet Phaethon, which was shattered during a nuclear war when radioactive hydrogen isotopes contained in the World Ocean detonated. Bohr replied that he did not exclude such a possibility, but even if it were not the case, nuclear weapons should be banned.
“He immediately understood everything! If a planet perished from the explosion of its oceans, then there must have been a civilization on it that destroyed itself in a nuclear war.”
The trilogy was published in the literary supplement Iskatel to the magazine Vokrug Sveta, with illustrations by Yuri Makarov. A separate book edition appeared in 1974 in the series Library of Adventures and Science Fiction, also with illustrations by Yuri Makarov.
Later the novel was repeatedly republished, included in collected works of Kazantsev, and fully translated into Lithuanian, Czech, and Georgian. In the 1980s the first part was published by the Moscow publishing house Raduga Publishers in French and English. A German translation—whose title referenced the novel Two Planets—was released during the anti-nuclear campaign in West Germany.
Writer Anton Pervushin stated that the novel “was very popular among teenagers of the late Soviet Union.” On Dikson Island a science-fiction fan club called “Faetians” appeared, and in Penza a club named “Phaeton” was founded.
In the early 2000s Kazantsev returned to memories of creating the first part of Faetians in his autobiographical novel Fantast. According to his own words, he worked on the first part in Abramtsevo, “under the shade of ancient trees…, editing chapters about the tragic love of cosmic Romeo and Juliet, separated not by the ancestral hatred of the Montagues and Capulets, but by the intercontinental conflict tearing apart the inhabitants of the doomed Phaena, driven by the ‘madness of reason’.”
The text of the novel "Phaetians" in English: http://www.lib.ru/RUFANT/KAZANCEW/kazantsev_faety-engl.txt_with-big-pictures.htmlFaetians es una novela de ciencia ficción de Alexander Kazantsev que combina varios géneros, entre ellos la ópera espacial, la novela de advertencia y la utopía. Fue escrita entre octubre de 1968 y febrero de 1971, publicada inicialmente en revistas periódicas y editada como libro independiente en 1974. Posteriormente la novela fue reeditada numerosas veces y traducida a varios idiomas europeos.
En el prefacio de su novela, Kazantsev afirmaba que la idea original surgió durante una conversación con Niels Bohr a finales de 1961. El escritor preguntó al científico su opinión sobre la teoría de que el cinturón de asteroides es el resto del planeta destruido Faetón, que habría explotado durante una guerra nuclear cuando detonaron los isótopos radiactivos de hidrógeno contenidos en el Océano Mundial. Bohr respondió que no excluía tal posibilidad, pero que incluso si no fuera así, las armas nucleares deberían ser prohibidas.
«¡Lo comprendió todo de inmediato! Si un planeta pereció por la explosión de sus océanos, entonces en él existía una civilización que se destruyó a sí misma en una guerra nuclear».
La trilogía fue publicada en el suplemento literario Iskatel de la revista Vokrug Sveta, con ilustraciones de Yuri Makarov. Una edición independiente apareció en 1974 en la serie Library of Adventures and Science Fiction, también ilustrada por Yuri Makarov.
Posteriormente la novela fue reeditada muchas veces, incluida en las obras completas de Kazantsev, y traducida íntegramente al lituano, checo y georgiano. En los años 1980 la primera parte fue publicada por la editorial moscovita Raduga Publishers en francés e inglés. Una traducción alemana —cuyo título hacía referencia a la novela Two Planets— fue publicada durante la campaña antinuclear en Alemania Occidental.
El escritor Anton Pervushin afirmó que la novela «gozó de gran popularidad entre los adolescentes del final de la Unión Soviética». En Dikson Island surgió un club de aficionados a la ciencia ficción llamado «Faetians», y en Penza apareció el club «Faetón».
A comienzos de los años 2000 Kazantsev volvió a recordar la creación de la primera parte de Faetians en su novela autobiográfica Fantast. Según sus propias palabras, trabajó en la primera parte en Abramtsevo, «bajo la sombra de árboles centenarios…, corrigiendo los capítulos sobre el amor trágico de los Romeo y Julieta cósmicos, separados no por el odio familiar de los Montagues y los Capulets, sino por el conflicto intercontinental que desgarraba a los habitantes de la condenada Faena, dominados por la “locura de la razón”».
El texto de la novela "Faetians" en inglés: http://www.lib.ru/RUFANT/KAZANCEW/kazantsev_faety-engl.txt_with-big-pictures.html

 

[Frimen1917]

Миры Александра Казанцева
Рисунок художника Ю. Макарова.
...........................................................
Примечание:
Алекса́ндр Петро́вич Каза́нцев (20 августа (2 сентября) 1906 года, Акмолинск, Акмолинский уезд, Акмолинская область — 13 сентября 2002, Переделкино) — советский и российский писатель-фантаст.
...................................................................
Юрий (Георгий) Георгиевич Макаров (1921-1992) – художник научно-фантастического и приключенческого жанров; оформил более двух тысяч изданий. Иллюстратор произведений А. Казанцева и братьев Стругацких. Художник популярнейших журналов ("Техника-молодёжи", "Знание-сила") и альманахов ("Искатель", "Мир приключений", "Библиотека советской фантастики", "Библиотека приключений и научной фантастики"). Визуализация Юрия Макарова - это выразительные, динамичные персонажы и захватывающий, цепляющий сюжет.
The Worlds of Alexander Kazantsev
Illustration by artist Y. Makarov
...........................................................
Note:
Alexander Petrovich Kazantsev (20 August [2 September] 1906, Akmolinsk, Akmolinsk Uyezd, Akmolinsk Oblast — 13 September 2002, Peredelkino) was a Soviet and Russian science fiction writer.
...................................................................
Yuri (Georgy) Georgievich Makarov (1921–1992) was an artist of science fiction and adventure genres; he designed more than two thousand publications. He illustrated works by A. Kazantsev and the Strugatsky brothers. He worked for the most popular magazines — Tekhnika Molodezhi (“Technology for Youth”), Znanie–Sila (“Knowledge is Power”) — and for literary almanacs such as Iskatel (“The Seeker”), Mir Priklyucheniy (“The World of Adventures”),
Biblioteka Sovetskoy Fantastiki (“Library of Soviet Science Fiction”)
Biblioteka Priklyucheniy i Nauchnoy Fantastiki (“Library of Adventure and Science Fiction”).
The visualization style of Yuri Makarov is characterized by expressive, dynamic characters and gripping, captivating plots.

Los mundos de Alexander Kazantsev
Ilustración del artista Y. Makarov
...........................................................
Nota:
Alexander Petrovich Kazantsev (20 de agosto [2 de septiembre] de 1906, Akmolinsk, distrito de Akmolinsk, región de Akmolinsk — 13 de septiembre de 2002, Peredelkino) fue un escritor soviético y ruso de ciencia ficción.
...................................................................
Yuri (Georgy) Georgievich Makarov (1921–1992) fue un artista de los géneros de ciencia ficción y aventuras; diseñó más de dos mil publicaciones. Ilustró obras de A. Kazantsev y de los hermanos Strugatsky. Trabajó para las revistas más populares — Tekhnika Molodezhi ("Tecnología para la juventud"), Znanie–Sila (“El conocimiento es poder”) — y para almanaques literarios como Iskatel (“El Buscador”), Mir Priklyucheniy (“El Mundo de las Aventuras”),
Biblioteka Sovetskoy Fantastiki (“Biblioteca de la Ciencia Ficción Soviética”), Biblioteka Priklyucheniy i Nauchnoy Fantastiki (“Biblioteca de Aventuras y Ciencia Ficción”)
La visualización de Yuri Makarov se caracteriza por personajes expresivos y dinámicos y por tramas emocionantes y cautivadoras.

 

[Frimen1917]

Космонавт А. Леонов, А. Соколов ЗВЕЗДНЫЕ ПУТИ​ первое издание М.: Изобразительное искусство, 1978 г. Тираж: 160000 экз. Тип обложки: мягкая Страниц: 32

​

Описание: Комплект из 32 открыток с репродукциями картин художников А. Леонова, А. Соколова

Cosmonaut A. Leonov, A. Sokolov
STAR TRACKS
First edition
Moscow: Fine Art, 1978
Circulation: 160,000 copies
Cover type: softcover
Pages: 32
Description: A set of 32 postcards with reproductions of paintings by A. Leonov and A. Sokolov

Cosmonauta A. Leonov, A. Sokolov
STAR TRACKS
Primera edición
Moscú: Fine Art, 1978
Tirada: 160.000 ejemplares
Tapa blanda
Páginas: 32
Descripción: Conjunto de 32 postales con reproducciones de pinturas de A. Leonov y A. Sokolov

 

[Frimen1917]